Мы плыли по
главному руслу и только в случае крайней нужды сворачивали в сторону, с тем чтобы при первой же возможности выйти на реку снова. Протоки эти, заросшие лозой и камышами, совершенно скрывали нашу лодку. Мы плыли тихо и нередко подходили к птицам ближе, чем на ружейный выстрел. Иногда мы задерживались нарочно и подолгу рассматривали их.
Горохов мыс выдавался в Ключевую зеленым языком. Приятно было свернуть с пыльной дороги и брести прямо по зеленой сочной траве, так и обдававшей застоявшимся тяжелым ароматом. Вышли на самый берег и сделали привал. Напротив, через реку, высились обсыпавшиеся красные отвесы крутого берега, под которым проходила старица, то есть
главное русло реки.
Думаю, что
главное русло русской культурной жизни, когда время подошло к 60-м годам, было полно молодыми женщинами или зрелыми девушками этого именно этическо-социального типа. История показала, что они, как сестры, жены и потом матери двух поколений, не помешали русскому обществу идти вперед.
Ветер дул нам навстречу, и потому орочи шли на шестах, придерживаясь мелководья. До устья реки было километров сорок пять. После принятия реки Хуту Тумнин разливается на несколько рукавов. С левой стороны
главного русла тянутся обширные торфяные мари, поросшие редкостойной лиственицей, а за ними виднеется большая гора Иода с магнитной аномалией на шестнадцать градусов.
Нищие, двумя вереницами, и до ворот и после них, у перил прохода, стояли, сидели и лежали и на разные голоса причитали, так что гул от них полз вплоть до паперти большой церкви, стоящей вправо, куда шло
главное русло народа.
Через час ночь окончательно вступит в свои права и принудит остановиться. Итти в темноте наугад целиною по глубокому снегу трудно для здоровых людей, но совершенно не по силам было для нас, утомленных такой длинной и тяжелой дорогой. И днем-то мы часто сбивались с
главного русла и залезали то в старицу, то в смежную протоку.
Эти протоки тянутся широкой полосой по обе стороны реки и образуют такой лабиринт, в котором очень легко заблудиться, если не держаться
главного русла и польститься на какой-нибудь рукав в надежде сократить расстояние.
В среднем течении Ли-Фудзин проходит у подножия так называемых Черных скал. Здесь река разбивается на несколько проток, которые имеют вязкое дно и илистые берега. Вследствие засоренности
главного русла вода не успевает пройти через протоки и затопляет весь лес. Тогда сообщение по тропе прекращается. Путники, которых случайно застанет здесь непогода, карабкаются через скалы и в течение целого дня успевают пройти не более 3 или 4 км.
Неточные совпадения
Я снова приподнялся. Вошел мужик огромного роста, лет тридцати, здоровый, краснощекий, с
русыми волосами и небольшой курчавой бородой. Он помолился на образ, поклонился
главному конторщику, взял свою шляпу в обе руки и выпрямился.
С ним, уже во время работ, я спускался второй раз в Неглинку около Малого театра, где канал делает поворот и где
русло было так забито разной нечистью, что вода едва проходила сверху узкой струйкой: здесь и была
главная причина наводнений.
Люба стала
главною нитью, связывающею его с жизнью города: ей были известны все события, сплетни, намерения жителей, и о чём бы она ни говорила, речь её была подобна ручью чистой воды в грязных потоках — он уже нашёл своё
русло и бежит тихонько, светлый по грязи, мимо неё.
— Нет-с, еще управляемся, — откликнулся с поклоном
главный доверенный приказчик, степенный мужчина за сорок лет, с огромной
русой бородой.
На Волге его уважали, как богача и умного человека, но дали ему прозвище — Шалый, ибо жизнь его не текла ровно, по прямому
руслу, как у других людей, ему подобных, а то и дело, мятежно вскипая, бросалась вон из колеи, в стороны от наживы,
главной цели существования.
В деревянной галерее Теркин нашел почти такую же толкотню, как и в пассаже
Главного дома. Там стояла еще сильнейшая духота. И такая же сплошная мужицко — мещанская публика толкалась около лавок и шкапчиков и туго двигалась по среднему
руслу от входа до выхода.
Когда первый своим умом, мужеством, опытностью, славным именем победителя Новгорода был
главною силою войска, когда второй, любимый
Русью, был его душою.
В то время, когда совершались рассказанные нами в предыдущих главах события, как исторические — свержение и осуждение митрополита Филиппа, так и интимные в жизни одного из
главных лиц нашего повествования, выдающегося в те печальные времена, исторического, позорной памяти, деятеля, Малюты Скуратова, жизнь в доме Василия Прозоровского текла в своем обычном
русле и на ее спокойной по виду поверхности не было не только бури, но и малейшей зыби или волнения.
Главное дело для него состоит в том, чтобы отстоять начала, которыми определялось развитие древней
Руси.